У неё был друг. Большой, в буквальном смысле. Добрый и суровый одновременно. С такой своей глубинной уверенностью в своей правде, которая бывает только у настоящих мужчин.
К нему всегда можно было постучаться и попросить совета. Спросив, не стоило ожидать только приятных и лицеприятных слов. Советы были такие же, мужские и идущие из глубины его личной персональной позиции.





